Шаблоны Joomla 2.5 здесь: http://joomla25.ru/shablony/

Об очередной экспедиции в сумон Сэнгэл Баян-Ульгийского аймака Монголии

Об очередной экспедиции в сумон Сэнгэл Баян-Ульгийского аймака Монголии

2019 год выдался плодотворным для научных сотрудников ТИГПИ в плане выездов по сбору полевого этнографического материала.

Очередная экспедиционная поездка также открыла много интересного.

 С 2 по 5 августа 2019 г. группа научных сотрудников и работников ТИГПИ, Национального музея Республики Тыва, а также Центра тувинской культуры и ремесел Министерства культуры Республики Тыва осуществили очередную экспедицию в сумон Сэнгэл Баян-Ульгийского аймака Монголии. Финансирование осуществлялась за счет собственных средств участников экспедиции.

На этот раз в задачи экспедиционной группы входило:

  1. Принятие участия в церемонии освящения  горы Беш Богда,
  2. Исследование самого обряда освящения государственной горы (тув. Торенин ыдык даа, монг. Торийн уул) Беш Богда (монг. Таван Богд).
  3. Оказание поддержки этническим тувинцам сумона Сэнгэл, проживающим у подножия этой священной горы, являющимися главными носителями древней традиции ее освящения. 
  4. Передать издания на тувинском языке    в дар местной публичной библиотеке и начальной школе сумона Сэнгэл Баян-Ульгийского аймака Монголии.
  5. Фото и видео-фиксирование церемонии освящения Беш Богда, исследование особенностей обряда освящения горы сэнгэлскими тувинцами, традиционной жизни кочевников проживающих у его подножия.
  6. Проведение предварительного осмотра объектов археологического наследия расположенных на территории сумона Сэнгэл, на знаменитой горе Шивит Хайыракан и других местах. А также изучение опыта   охраны и сохранения объектов культурного наследия. Остальные участники экспедиции
  7. Изучение особенностей социально-экономической жизни этнических тувинцев, их взаимоотношения с другими кочевыми народами, проведение предварительного мониторинга уровня знания родного языка местными тувинцами и степень его использования в семье.

 По информации, представленной в Википедии, гора Беш Богда представляет собой горный массив на юго-востоке Алтая, расположена в области схождения границ России, Монголии и Китая. С древних времен эти горы служили главным святилищем всех урянхайцев-тувинцев, поскольку находятся, в пределах огромного пространства, где их предки кочевали в II-I  вв. до н.э., а, возможно, и еще раньше.

Горный массив Беш Богда, который на русский язык переводится как «Пять божественных вершин», по одной из версий, придуманное самим Чингис-Ханом, совместно с Танды-Уулой, Саянскими хребтами и Монгун-Тайгой до сих пор играют роль своеобразного маркера границ исторических территорий  урянхайцев-тувинцев.

Высшей точкой массива Таван-Богдо-Уул (Беш Богда Даа) является гора Хуйтэн-Уул (Соок Даг, Доштуг Даг). Его (пика Найырал) высота составляет 4 374 м. и расположена она на территории трех госудаств – Монголии, России, Китая. Для Монголии является самой высшей ее точкой. К юго-востоку от этого горного массива расположен Монгольский Алтай, на западе находится перевал Бетсу-Канас ( по-тувински - Бедик-Суглуг Хаан ашкан арт ) и хребет Южный Алтай. Северный склон горы  круто обрывается к плоскогорью Укок, к востоку от которого расположен хребет Сайлыг-Хем.

Массив является водоразделом бассейна Северного Ледовитого океана и бессточным бассейном котловины Центральной Азии.

На отрогах пяти вершин находятся самые крупные в Центральной Азии ледники, названные в честь четы Потаниных – Григория Николаевича и Александры Викторовны, а также Пржевальского. В научной литературе зафиксировано, что эти ледниковые образования в виде замершего потока воды впервые открыли и зафиксировали эти  знаменитые исследователи Центральной Азии.

Следует отметить символичность многих совпадений. Коренными жителями - истинными «хозяевами»,  поистине священных мест, издревле являются урянхайцы-тувинцы, проживающие в трех странах. Их священные горы с могущественными застывшими ледниковыми реками впервые миру открыли именно русские путешественники и исследователи, чьи потомки  сегодня совместно с тувинцами Республики Тываявляются гражданами одного государства – России.  Первенство  научного открытия принадлежит  также русскому человеку - Г.Н. Потанину,  посетившему своей экспедицией данную часть Монгольского Алтая в 1876 и 1877 годах.  Первые восхождения на  эти вершины осуществили, опять же,  русские люди - В.В. Сапожников (1901) и   братья Борис и Михаил Троновы (1915). К тому же одна из пяти вершин имеет  название «Русский шатер».

В Википедии указано, что крупнейшие долинные ледники Беш Богда, упомянутые выше, расположены на стыке массива Таван Богдо Уул и Монгольского Алтая. Длина ледника Потанина составляет 19 км, общая площадь – 56,5 км². Фирновая линия лежит на высоте 3630 м; язык спускается до 2900 м, нижняя часть покрыта мореной. Ледники Беш Богда  с общей площадью снежного поля в 22, 5 квадратных километра служат истоком многих рек, текущих на север и на юг: Ак-Хема (монг. Цаган-Гол), Хомду, Караты, Аргамчы  и т.д.  Интересным фактом является то, что все реки имеют тувинские названия.

В Монголии официально утверждены ряд горных массивов, которые     Указом Президента признаны в качестве священных гор.  В перечень  гор, которым придан статус государственной горы, испокон веков почитавшиеся местными тюрко-монгольскими племенами, чьи родовые кочевья, как обычно, располагались у их подножий.   Каждые четыре года в предгорье священных гор Президент Монголии вместе с правительством совершает обряд поклонения местному духу. Оваа, рядом с которыми обычно проводятся главные церемонии освящений, также именуются   «государственными оваа» (торийн обо).

 Оваа горы Беш Богда располагается на восточной стороне от пяти вершин горного массива, на открытом возвышенном месте. Это новое святилище было сооружено в 2014 г., после издания Президентом Монголии Цахиагийном Элбэгдоржем Указа о включении данной горы Беш Богда в перечень государственных гор этой страны. Как нам рассказали местные тувинцы,   существует еще древнее святилище этой горы. По их словам, оно находится на  китайской части горного массива. С древних времен сэнгэльцы совместно с тувинцами, проживающими сегодня на территории Синьзян-Уйгурского автономного округа, проводили церемонию поклонения на том древнем оваа.

В 15 километрах от ледников Потаниных и Пржевальского находится летняя стоянка, местного жителя Борхуу. Согласно традиции, рядом с его юртой расположились юрты двух его сыновей. Борхуу поделился с нами своими  воспоминаниями, некогда услышанными от старожилов Сэнгэла, что в давние времена на освящение оваа Беш Богда из Улуг Урянхая (Тувы) также приезжали представители разных племен.

 На этот раз, ритуальными действиями церемонии освящения святилища государственной горы Беш Богда занимались буддийские ламы из монастыря Гандан Улаан-баатара совместно с камбы-ламой Баян-Ульгийского аймака Батхуу башкы.

Интересным было то, что дни накануне освящения оваа превращались в своеобразную перекочевку – на место проведения праздничных мероприятий, посвященных поклонению оваа, семьи отправлялись со своими юртами, палатками. Помимо участия в ритуальной церемонии поклонения святилищу, появляется хорошая возможность  увидеться и пообщаться с родственниками, друзьями. Как это принято, на  освящение оваа  собиралась вся родня, несмотря на дальние расстояния, разделявшие их. Во время летних праздников, особенно, во время поклонения духам родных мест, также как и в Новый Год - Шагаа, происходило своеобразное воссоединение всей семьи. В такие моменты  даже бывало, что молодые люди знакомились, в результате чего зарождалась новая семья. Сэнгэльские тувинцы были убеждены, всех урянхайцев-тувинцев, независимо от того, где бы они не жили, будь-то в России, Монголии или Китае, Беш Богда защищает своей особой охраняющей силой. Это воспринималось ими как узловой элемент сакрального значения этих мест, как части страны Беловодья.

  На месте организации праздничных мероприятий, 4 августа были проведены, как обычно, три игрища мужчин – конные скачки, стрельба из лука и борьба. В состязаниях по стрельбе из лука на этот раз первое место занял мастер по изготовлению урянхайского лука из Центра тувинской культуры Тувы  Артыш Монгуш, а в состязаниях по борьбе «хуреш» первенство выиграл также борец из нашей республики Сыдым Монгуш. Игорь Михайлович Кошкендей, прибывший с сотрудниками Центра (10 человек) на церемонию освящения оваа, выступили  перед участниками мероприятия и исполнили хоомей, сыгыт. Они услаждали слух не только гостей и местных урянхайцев-тувинцев, но и хозяев-духов священных отрогов Беш Богда и Ак-Хема, с шумом многочисленных водопадов, с водой молочного цвета (почему эти места названы страной Беловодья), гармонично вторивших голосам хоомейжи и сыгытчы. Даже при наступлении темного времени суток не прекращались народные гуляния.

Во время церемонии государственного поклонения духам гор Беш Богда, представители Президента и Правительства Монголии произнесли торжественные речи, а  местные урянхайцы  исполнили  песни, хоомей, сыгыт. По традиции сэнгэльских тувинцев, а также других монгольских народов, в завершение поклонения провели церемонию освящение лошади (аът ыдыктаары) духа-хозяина Беш Богда. Для этого ритуала был выбран молодой жеребец синей масти (дээдис оннуг чаваа аът) из табуна Борхуу акый.

Биосферное значение и эстетические особенности пяти вершин священной горы Беш Богда невероятно велики. Только созерцая ее, начинаешь осознавать причину, почему на протяжении многих столетий,  со своими уникальными памятниками природы, истории выполняет функцию объекта религиозного поклонения урянхайцев-тувинцев. 

Что касается научной составляющей изучения местных тувинцев. Немецкая исследовательница Эрика Таубе,  к моменту выхода в свет своей знаменитой книги «Сказки и предания алтайских тувинцев» (1994 г.) писала, что сведения о них, прежде всего, стали, известны из работ Г.Н. Потанина, В.Ф. Ладыгина, Г.Е. Грум-Гржимайло, также из монографии Л.П. Потапова «Очерки народного быта тувинцев», вышедшей в 1969 г. Как писала Э.Таубе, в  то время Л.П. Потапов утверждал, что в течение ста лет алтайских урянхайцев (т.е. алтайских тувинцев – Э.Т.) не исследовали, что весьма отрицательно сказалось на выяснении их исторического прошлого и их современного состояния.

Также Э. Таубе писала, что в своей работе Л.П. Потапов упоминал о наличии в составе алтайских урянхайцев группы тувинцев, которые проживают в верховьях р. Кобдо, именуемых окружающим населением урянхайцами - мончак. По его мнению, данная группа, с тех времен,  сумела в какой-то степени сохранить свой родной тувинский (тюркский) язык.  Г.Н. Потанин эту группу  называл «кукчулутуны».

В настоящее время, тувинцы, кочующие в предгорьях Беш Богда, и ведущие оседлый образ жизни и живущие в самом сумоне Сэнгэл, по-прежнему общаются на своем родном диалекте. Об этом в книге «Монгун дагша» (2013 г.), изданной по результатам нескольких поездок и экспедиций (в 2002, 2005, 2006, 2007, 2012 гг.) проведенных, в основном, научными сотрудниками секторов фольклора и литературы ТИГИ (ныне ТИГПИ), отмечает и уроженец Сэнгэла, кандидат филологических наук Бадарч Баярсайхан. Отрадно то, что, как и во времена посещения их Г.Н. Потаниным, а позже Эрикой Таубе, на сегодняшний день они продолжают  называть себя «дыва».

Посетив сумон в феврале и в июне 2019 г.,  нам удалось зафиксировать во время проведения таинственных тэнгрианских действий то, что местные жрецы-тэнгэрчи, (например,29 числа последнего месяца старого года по лунному календарю и освящая святилища) в процессе осуществления ритуальных действий пользуются, исключительно, своим родным языком.

Современный мир на сегодняшний день переживает период глобализации, который оказывает сильное влияние на язык и культуру малочисленных этносов. Несмотря на многие изменения, произошедшие за последние 20 - 30 лет, традиционный уклад сэнгэльских тувинцев в целом продолжает сохранять свои локальные особенности.

Они до сих пор заняты кочевым скотоводством и содержат в своем хозяйстве пять разновидностей домашнего скота (бешчузун мал) – хой (овцы), ошку (козы), лошадь (аът), верблюд (теве), инек (сарлык) и продолжают, как и прежде, пользоваться при перекочевках войлочными юртами. При передвижении в наиболее труднодоступные места используют вьючных животных, например, верблюдов. Что является свидетельством сохранения древних форм кочевок.

По своему мировоззрению, на наш взгляд, сэнгэльцы, в основе своей, являются тэргэрчи (тэнгрианцами). Это можно наблюдать утром, когда каждая семья начинает свой новый день с неизменного поклонения восходящему солнцу и очагу, независимо от того являются ли они буддистами или приверженцами другого вероисповедания.  В части религии было замечено, что в последнее время среди сэнгэльских тувинцев появилось немало людей, обращенных в христианство. Тем не менее, на церемониях освящения, как родовых святилищ, так и имеющих статус государственного, по нашим наблюдениям, присутствовали и те, кто принял христианскую веру. Возле входа в юрты тувинцев-христиан нами были замечены сан салыр, которые, в отличие от тувинцев Республики Тыва, у сэнгэльцев присутствуют в течение целого года, так как, они используются ими ежедневно.

Сэнгэльские тувинцы, как к сакральным (священным) местам и сооружениям, так и  объектам историко-культурного наследия   своей родины проявляют чрезвычайно благоговейное, по-особому бережное отношение.

Научные сотрудники группы археологии ТИГПИ Л.Д. Чадамба и А.И. Куулар во время поездки наглядно убедились в том, что здесь действительно имеется неисчислимое множество различных видов археологических памятников: поминально-погребальные комплексы, наскальные изображения, каменные изваяния, которые свидетельствуют об их единстве в культурно-историческом плане с археологическими объектами Тувы. Этот феномен, является еще одним и очень важным подтверждением нашей общности. Вместе с памятниками истории, природные объекты Баян-Ульгийского аймака образуют целостный культурный ландшафт, выделяемый и особо охраняемый этнокультурной общностью урянхайцев-тувинцев Сэнгэла на протяжении тысячелетий. Характерным для этих мест является многоярусная, и тем самым, взаимно обогащающая друг друга сложная символика, имеющая мистическую пространственно-временную значимость. Все это вкупе формирует систему магической и ритуальной практики тэнгрианских обрядов поклонения природным объектам, уходящие корнями в древнюю историю народов Саяно-Алтайского нагорья.

Таким образом, несмотря на то, что с интервалом в несколько лет к алтайским урянхайцам-тувинцам отправлялись более 40 экспедиций из Большой Тувы (Республики Тыва), но для более глубокого и тщательного исследования их этнографии, религии и верований, археологического наследия российскими и тувинскими исследователями все-таки основательно не проводилось.  Также, на наш взгляд,  открытыми остаются и те вопросы по их этнической принадлежности, о которой отмечали Г.Н. Потанин, Эрика Таубе и другие ученые. Это обстоятельство, возможно, и в настоящее время вводит некоторых людей в заблуждение. Кем же, все-таки, являются тувинцы, проживающие в предгорьях Беш Богда? Возможно, до сих пор остается актуальным  проведение отдельного комплексного исследования учеными Тувы по данному направлению. По этому поводу еще в 1994 г. Эрика Таубе, в предисловии свой книги, являющейся как отдельное научное исследование,  писала, что в научной литературе они появлялись под различными названиями: урянхайцы, алтайские урянхайцы, кокчулутуны, мончаки, сойоны, мончак-урянхайцы, кобдинские урянхайцы, кобдинские тувинцы, алтайские тувинцы, что часто приводили к путанице и неточностям.

Завершая заметку о поездке в Сэнгэл, сочла необходимым подчеркнуть, что русскими путешественниками в XIX в., исследователями Советского Союза, Тувы и Монголии в XX - XXI-ом вв. был собран большой объем фактологического материала по истории, языку, устному народному творчеству сэнгэльских тувинцев. Все эти материалы, равно и уже опубликованные работы, как  наших соотечественников, так и монгольских и зарубежных ученых, несомненно, окажут огромную пользу при дальнейшем изучении мировоззренческих аспектов традиционной культуры сэнгэльских тувинцев, наряду с другими научно-исследовательскими направлениями, чем в дальнейшем собираются заняться сотрудники группы религиоведения.

У.П. Бичелдей, Ph.D,

руководитель группы религиоведения ТИГПИ

P.S.:В качестве послесловия к написанной заметке, или в форме размышления после поездки, хотелось бы поделиться с некоторыми мыслями.

Во время наших поездок к сэнгэльским тувинцам, невольно возникал вопрос о непростом их будущем. Исследуя конкретное направление общей культуры какого-либо этноса, невозможно не обратить внимания и на другие особенности их жизни, а также и на волнующие их проблемы, будь это социально-экономические, этнические, гендерные или даже касающиеся их прав.

Одна из настораживающих проблем, конечно же, является  все больше уменьшающаяся численность тувинцев на собственной их исторической территории. Повальная безработица заставляет их покидать родные места. Кроме этого существует и другая проблема – чтобы получить хорошо оплачиваемую  работу или из желания  лучше и быстрее интегрироваться в монгольское общество, им, как это часто бывает для их удобства и выгодного положения их в обществе, в графе «национальность» указывать «монгол». Иногда, кажется, что здесь нет должного внимания к таким вопросам как право этноса на автономное управление (имеется в виду не обретение ими независимости, а возрождение отдельной административно-территориальной структуры – сумона, которая ранее здесь существовала). Тувинский сумон был основан в 1920-ых годах.  В период 60-ых годов XX столетия по причине малочисленности тувинцев на фоне все увеличивающейся численности казахов, тувинский сумон Сэнгэл-Хайыракан был передан в бразды управления казахам, что, на наш взгляд неуместно, поскольку как мы видим на сегодняшний день это приводит к распаду исконной тувинской этнической группы и потере традиционных пастбищных угодий, а также утрате необходимых условий, усиливающих и поддерживающих их самоидентичность. Во время посещения церемонии поклонения оваа Беш Богда, нами  незримо чувствовалось, что  для казахов важно было, чтобы на церемонию освящения главного маркера территории урянхайцев-тувинцев прибыло как можно меньшее количество тувинцев.

 Управление коренными народами это большая ответственность, которая предполагает ряд обязанностей. Первая из них – отказаться применительно к ним от принципа рентабельности. Сэнгэльские тувинцы, на наш взгляд, относятся к архаичным народам. Они, прежде всего, в силу изолированности проживания, а также удаленности от городов, в какой-то мере сумели сохранить собственные уникальные традиционные особенности, характеризующих их в природе как творческий народ. Поэтому несколько оставшихся на малой родине тувинцев и дальше продолжают сохранять в себе свойства некой особой сакральности.

Проблемы, связанные с получением только выгоды (освоение природных ресурсов, в кочевническом скотоводстве урянхайцев - тувинцев стараться видеть не форму уникальной культуры, а, прежде всего рентабельность и т.д.) проблемы, которые любое большое государство, в составе которого находятся малочисленные этносы, считают целесообразным решение их социальных, этнических, духовных проблем отложить на потом. Власти, несущие ответственность  за судьбы таких народов, как сэнгэльцы, должны, в первую очередь, прислушиваться к мнению старейшин, относиться к ним с уважением. С соблюдением этих норм взаимоотношений они будут в состоянии соответствовать  уровню цивилизации сэнгэльцев,  которая вписывается  в космические (тэнгрианские) рамки их философии.

От имени общественной организации сэнгэльских тувинцев «Тыва Хораа», от множества наших друзей и единомышленников, проживающих там, выражаю огромную благодарность моим коллегам из ТИГПИ, коллективу Центра Тувинской культуры, Национального музея Республики Тыва, известному певцу Саяну Дембирелу. Хочу сказать спасибо жителям Монгун-Тайгинского кожууна, а также многим другим семьям Тувы, узнавших о церемонии освящения оваа через социальные сети, посвященного самому высокому священному пику тувинцев – Беш Богда и откликнувшихся на эту поездку, которые сумели проехать почти 2000 км., и тем самым, оказать моральную поддержку нашим сэнгэльским братьям.

Приезд большой делегации из Тувы, как того сильно желали, молодые сэнгэльцы, в лице Конгар-оола, Айдына, Чаша, Херелмы, Адыя, Болормаа, Туяа, Ганбаатара, Наратуяа и многих других, которые всем сердцем искренне болеют за будущее  своего народа, своей родины, своих традиционных земель, это еще одно свидетельство  того, что гора Беш Богда  является общим святилищем всех урянхайцев-тувинцев, как  России, так и  Монголии и Китая.

Впечатления научных сотрудников о поездке

Впервые Цэнгэл я посетил в составе научной экспедиции еще в 2009 году, будучи студентом.

В то время мне удалось принять участие в сборе полевого материала, имеющего отношение к особенностям языка цэнгэльских тувинцев. Члены экспедиции тогда работали, не выезжая из территории сумона.  Спустя 10 лет я снова приехал в этот удивительный мир, где, на мой взгляд, живут добрые, душевные, на удивление трудолюбивые люди, которые являются солью этого чудесного высокогорного края.

Когда поднимаешься по реке Ак-Хем выше к отрогам Беш Богда – красоту, этой местности невозможно передать словами. Это было что-то невероятное! Нечто невообразимое! Я испытал одновременно ощущение радости, восторга и гордости. Мне на миг представилось, что мы попали в мифическую страну. Потому что, мы вдруг очутились в поистине сказочном месте, где белоснежные вершины лицезреют на тебя огромными глазами,   вместо воды в реке текла молоко, вместе привычных автомобилей нас окружали только верблюды, яки, лошади, овцы и козы. Главное – с нами не было, взявших  нас в свои стальные иски – гаджетов! Мы были одни с местными жителями и их прекрасной природой.  Я убедился, что здесь живут по настоящему счастливейшие на земле люди. Не нужно было у них спрашивать – счастливы ли они, потому что это было видно по их глазам. 

         Все знают, что в гимне Тувы «Мен тыва мен» есть такие слова: «Мөңге харлыг дагның оглу мен, мөңгүн суглуг чурттуң уруу мен», что в переводе означает «Я сын гор с вечными снежными вершинами, я дочь страны с серебряной водой». Оказавшись на предгорье пяти высоких вершин священной горы Беш-Богда, и увидев три реки Хомду, Ак-Хем и Караты, а также, вспомнив все горы и реки нашей прекрасной Тувы, понимаешь глубокое значение этой песни для всех тувинцев, чьи предки с древних времен проживали в Саяно-Алтайской горно-таежной стране. И  вслед за этим  рождается сильная убежденность в том, что означают слова «Мен тыва мен!». Судя по ландшафту нашей исторической родины, оказавшей огромное влияние на особенности нашего менталитета, характера, обычаев и нравов, я до глубины собственного сознания убеждаюсь, что быть тувинцем, разговаривать на этом благословенном языке, понимать всех, кто на этом же наречии говорит, и тем самым, быть частичкой этой самобытной культуры, носителями которой является гордый народ – тывалар -  это огромное счастье!

С.Д. Саая, научный сотрудник

группы словарей ТИГПИ

 

Я  ездила в Сэнгэл сумон, чтобы от имени моих коллег, многочисленных родственников, мамы, мужа и детей поддержать наших единокровных братьев, а также передать в  их маленькую библиотеку издания нашего института на тувинском языке, поскольку об этом они просили в начале этого года. Помню, встречаясь с нашим коллективом в этом году, председатель общественной организации по защите прав сэнгэльских тувинцев «Тыва Хораа» Н. Ганбаатар, сделал обращение к нам, приехать и позвать с собой как можно больше людей из нашей республики на освящение Беш Богда. Это мне запало в душу, и только побывав там, я поняла, почему они так говорили. Этим они хотели доказать, что это святое место является общим святым местом для всех тувинцев, прежде всего, перед представителями казахского этноса, которые из года в год все расширяют свои угодья для выпаса скота за счет традиционных земель тувинцев.  И таким образом, они хотели дать понять, что Сэнгэл был и остается исторической родиной  тувинцев. 

Во время общения с сэнгэльским населением мы узнали, что положение у них  действительно осложнено некоторыми моментами их социальной жизни. Это было видно из их взаимоотношений с преобладающим казахским населением. Как рассказывают сами сэнгэльцы, в XVIII  веке, вследствие разразившихся военных столкновений  между цинским Китаем  и мусульманскими народами, проживавшими на  западных склонах Алтайских гор, несколько семей, перевалив горные перевалы, пешком  пришли  в земли тувинцев. Их привлекли богатые пастбищные угодья и свобода. И с тех пор они осели в этих местах. В начале своего переселения  они брали в аренду у тувинских нойонов земли для отгона скота. Впоследствии их численность увеличилось, и постепенно превратились в  превосходящий во всем народ. Сегодня в Баян-Ульгийском аймаке самой многочисленной нацией являются казахи. Они  постепенно расселяются по другим аймакам страны и  в г. Улан-Баторе. Как нам рассказали сэнгэльские жители, если в тувинской семье в последнее время рождаются, самое большое по 4 или 5 детей, то у казахов – по 16 детей. С учетом того, что мужчинам, приверженцам ислама, предписано иметь 4 жены, то часто, в казахской семье могут быть 20 и более детишек рождаться. Имеются случаи, когда казахские врачи после рождения первого ребенка тувинскими молодыми матерями, запугивают их, говоря им, что вторая и следующие беременности могут иметь для них плохой исход.

 Мы поняли, что в их жизни существуют множество неразрешимых проблем. Сэнгэльским семьям год от года все труднее становиться дать своим детям полноценное качественное образование. Они, практически, не получают нормальное медицинское обслуживание. Не дополучают качественные медицинские препараты. По этой причине большинство тувинцев Сэнгэла серьезно страдают сердечнососудистыми, глазными, желудочными заболеваниями. У них имеется глобальная безработица. По этой причине мужская часть населения на несколько месяцев уезжают в Улан-Батор и другие аймаки, с целью заработать хоть какие-то средства. По промышленному освоению их исконной территории вопросы решаются без их участия.

Местные тувинцы имеют устойчивое  непонимание, когда казахи, являясь тюрками, не поклоняются небу, горам, не обожествляют окружающую их  природу.

В этот раз местные тувинцы были огорчены тем, на этой церемонии дали выступить представителю казахов, чего, по мнению тувинцев, нельзя было допускать. После завершения мероприятия тувинцы поговаривали, что в следующий раз не хотели бы участвовать на освящении оваа, сооруженном конкретно на этом месте, потому что государственное оваа подверглось осквернению. Они поведали нам свою тайну, о том, что на самом деле  имеется древнее оваа Беш Богда, которое освящалось всеми тувинцами из трех местностей и с твердой решимостью заявили, что со следующего года они намерены вместе с нами провести  освящение на этом оваа. 

Несмотря на все проблемы, нас поразило их трудолюбие, любовь к родным местам, безграничная гостеприимность, искренность во взаимоотношениях, умение ценить жизнь и друг друга. Удивительным является то, сколько бы время их не торопило, они не изменяли своим традициям, и обязательно успевали обменяться хоорге с нюхательным табаком и проговорить длинные фразы своего этикета, и тем самым,  проявляя уважение, как к  старшим, так и детям.  Мы заметили, что дети для них – по-настоящему являются главной ценностью и объектом обожания и глубокой заботы. Было заметно, что они относятся к  людям, умеющим признать свои оплошности в чем-то,  ошибки, и потому они во всем и со всеми стараются быть корректными.

Когда мы прощались с ними, то видя, как мы переживаем за их судьбу, они говорили нам следующие слова: «Нам еще наши деды говорили об этом. И наказали, чтобы мы ни на миг не теряли веру в их завещанные слова. Когда-нибудь это должно случиться: у слияния трех рек снова объединятся все тувинцы. А тому,  что с нами сегодня случается, сильно не горюйте. За нами за всеми тувинцами Небо наблюдает, и если нужно будет, он нас защитит – «Кок Дээдис бисти дываларны  хайгаараар, херек болза камгалап ап-даа шыдаар!».  По пути домой, мы вспомнили, что и в Туве есть место, где сливаются воедино три реки, и Сэнгэл также находится у трех рек …

Побывав у подножия Беш Богда, и увидев вечные ледники этих гор собственными глазами, я  для себя по новому открыла смысл строк песни «Мен тыва мен», где говорится о том, что мы дети вечно снежных гор, и тем самым, еще больше осознала наше кровное родство и меня охватило чувство гордости за нас, за тувинцев, что являемся жителями столь прекрасных и величественных мест.  

Поговорив с сэнгэльскими друзьями,  и слыша как они разговаривают на родном языке, понимаешь насколько богат и красив наш материнский тувинский язык. А затем приходит понимание, что оказывается на тувинском языке можно выразить все  и что мы, тувинцы Улуг Тыва, как называют нас сэнгэльцы, возможности своего родного языка в последнее время используем не в полном объеме. Если это выразить в процентном соотношении, то думается, что родной язык   мы используем меньше 50 процентов.

Н.М. Очур, заведующая научной библиотекой ТИГПИ

          Во время этого путешествия к этническим тувинцам Монголии, живущим на очень высоких горах, мне показалось, нас постоянно сопровождал  какой-то мистицизм. Особенно это стало ощущаться с того момента, когда нашу группу встретили четыре  сэнгэльца на оваа Хаактыг. Еще сильнее я это состояние ощутил, однажды, выйдя ночью из юрты дедушки Борхуу . Я сел на большой валун, недалеко от его юрты и посмотрел на небо. На какой-то миг, я вдруг почувствовал страх от неисчислимо множества ярких звезд, оказавшихся вдруг так близко над моей головой. Но, в следующий момент я почувствовал радость, казалось, что я побывал в космосе и летал среди звезд. Именно тогда моему ничем не загрязненному внутреннему чистому взору открылся свод, можно назвать как угодно – юрты, храма, собора, хурээ, распахнутый в космос… До этого момента меня ничто и никто так до глубины души еще не трогало. У меня  самопроизвольно потекли слезы. Слезы радости и счастья… В этих местах совершенно по-другому начинаешь думать о смысле жизни.  

В здешнем крае, как и во многих других уголках нашей родной Тувы, можно сделать чудные кадры и видеосъемки. Для фотографа Сэнгэл – просто рай. Поскольку моим хобби является альпинизм, то уверяю, что в следующий раз обязательно попробую сделать восхождение на одну из пяти вершин и погуляю по льду ледниковых рек.

На мой взгляд, главным богатством Сэнгэла являются мудрые его жители. Пока мы были здесь, с удовольствием слушали рассказы дедушки Борхуу, которые завершались далеко за полночь.

Ч.Б. Хуурак, системный администратор ТИГПИ

 

 

 

 

 

 

 

 

Яндекс.Метрика