Шаблоны Joomla 2.5 здесь: http://joomla25.ru/shablony/

НИКОЛАЙ СЕРДОБОВ Просветитель по духовному призыву

В самом конце 1945 года первый секретарь обкома Тувинской автономной области Салчак Тока, будучи в Москве, побывал и на приеме у наркома просвещения В. Потемкина. Просьба у него была одна: нужен толковый заведующий Областным отделом народного образования.

К этому времени на его родине обучением было охвачено чуть больше половины детей в возрасте до 12 лет. Грамотность населения составляла 65%. За предыдущее десятилетие методом народной стройки − субботниками, а также введением плановых заданий для предприятий − было введено 235 начальных школ. После вхождения в состав Советского Союза в образовании начался новый этап, в первую очередь необходимо было привести в полное соответствие со стандартами СССР учебные планы, программы, учебники… Были и другие вопросы: строительство и расширение сети школ, укрепление учебно-материальной базы, обеспечение учебниками… Своих кадров республике не хватает.


Просьба была услышана, и в Туву в марте 1946 года был направлен человек, чья биография и опыт могли способствовать тому, чтобы в этих трудных условиях справиться с поставленной задачей. Офицер в отставке, фронтовик, прошедший всю войну, учитель по образованию, убежденный коммунист Николай Сердобов.
С первых месяцев работы о нем сразу же стало известно во всех районах. По школам разносились слухи. Один из них запечатлел в своих воспоминаниях Доруг-оол Алдын-оолович Монгуш, известный ученый Тувы: «В 1946 году, когда я учился в 7 классе Чаданской семилетней школы, о новом завоблоно ходили слухи как о человеке исключительно необычном. Неординарность заключалась в его высочайшей требовательности, как к другим, так и к себе. Рассказывали, например, о том, что он, приезжая в командировку в школу, ночует в учительской, постелив шинель на голый стол. Питается в общественных столовых пшенной кашей и чаем, совсем не заказывая спиртного.
Впервые я увидел Николая Алексеевича в 1949 году летом, когда он пригласил выпускников Кызылской школы № 2 в свой кабинет. Он поздравил нас и сообщил: мы едем не в Ленинград, а в Абакан — в учительский институт, так как в области очень остро стоит вопрос с подготовкой учительских кадров. Действительно, тогда в Туве учителей с высшим образованием среди тувинцев было всего 3 человека».
Родился Николай Сердобов 9 мая 1916 года в городе Самаре в семье священника, но новое время сформировало из него атеиста. Обучаясь в Московском государственном педагогическом институте им. Ленина, студент Сердобов вступил в комсомол, в 1936 году, уже на третьем курсе, будучи комсоргом, становится членом райкома ВЛКСМ по Фрунзенскому району Москвы. Последний курс окончил заочно, учительствуя в городе Сучане Приморского края, и получил диплом с отличием по специальности учитель физики и математики. Отсюда осенью 1940 года был призван в армию и направлен в Харьковское военное училище, по окончании которого осенью 1941 года добровольцем ушел на фронт.


Воевал в артиллерийских войсках, где только начала внедряться новая боевая машина с реактивными снарядами, в солдатском фольклоре получившая имя «Катюша». В обязанности лейтенанта, в частности, входила разведка точек для её установки. С боями он освобождал от фашистов оккупированные западные области нашей страны, вместе с десятками тысяч советских солдат гнал немцев с Украины, Польши и закончил войну в звании гвардии майора в Берлине. Ему, не достигнувшему к тому времени и тридцати лет, были присвоены такие боевые награды, как ордена Отечественной войны I и II степеней, орден Красного Знамени, два ордена Красной Звезды, восемь медалей. Его фронтовой опыт − политрук, разведчик, контрразведчик. Сформированный в военные годы характер, накопленный опыт и организаторские способности − все способствовало тому, что и на мирной ниве он сумеет проявить себя как грамотный управленец.

Работая заведующим ОБЛОНО, фронтовик мобилизовал весь свой потенциал, ни на один день не позволяя себе расслабляться. Ведь многое приходилось начинать с нуля. В течение четырех лет бывший военный возглавляет руководство строительством школ по всей Туве, комплектует кадрами, организовывает учебу молодых педагогов, заботится об их трудоустройстве, обеспечении жильем… И сам женится на учительнице математики. К 1950 году, в частности, все школы были полностью обеспечены всеми необходимыми учебниками.
В условиях острейшей нехватки кадров этот управленец выстраивал работу так, чтобы постепенными продвижениями следовать перспективной магистралью. Стремился находить возможность лично побеседовать с устраивающимися на работу учителями, чтобы провести своеобразную разведку и выяснить, какой потенциал в них заложен, может ли он ожидать от человека предполагаемый им результат.
Вот как вспоминает об этом его коллега Д. А. Монгуш: «Зимой 1951 года мы, студенты тувинского отделения Абаканского учительского института, приехали в нашу родную школу № 2 на педпрактику. А летом, уже имея на руках диплом, я пришел в ОБЛОНО к Николаю Алексеевичу. Он вручил мне приказ о направлении на работу учителем в Тоджинский район. Из робкой попытки попросить отправить меня в свой Овюрский район ничего не вышло. Он был неумолим. Но позднее выяснилось, что два моих сокурсника только что поженились и хотят ехать в Тоджу. Николай Алексеевич вызвал меня и сообщил, что отменяет свой приказ, издает новый: о моем направлении в Кызылское педучилище, учить будущих учителей. При этом добавил: в Тоджу поедут молодожены, нужно всегда идти навстречу людям, создающим семью».
А вот как сказалась беседа с Н. А. Сердобовым на судьбе известнейшего педагога Регины Рафаиловны Бегзи. В группе молодых специалистов из Москвы она добиралась до Тувы с большими приключениями, проявив при этом решимость и принципиальность, которые сразу были им отмечены.
«Потом Николай Алексеевич рассмотрел наши дипломы и вкладыши и сказал: «Вы пойдете в первую школу, вы – в третью, а вы, товарищ Розенберг, пойдете на самый трудный и ответственный участок: в восьмой – десятый классы школы № 2. У вас будет историческая миссия – выпускать первый в истории Тувы тувинский десятый класс». Эта фраза перевернула всю мою жизнь».
Подготовка национальных кадров, формирование учительских коллективов, поощрение творческой и общественной активности учителей, содействие их постоянному профессиональному росту − таков диапазон его новых интересов. Постоянные командировки в самые разные уголки Тувы, связанные с этой хлопотной работой, дали ему возможность очень быстро освоиться и хорошо узнать её, её людей, что даст ему богатый материал для последующего научного и литературного творчества.
Специфику работы в образовании он позднее переосмыслит и расскажет об этом словами героя своего романа «За хребтами Саянскими»:
«Чурсин понимал, что многие мужья и дети разделяют нелегкий удел своих жен и матерей-тружениц. Что школа не меньше, а с каждым годом все больше и больше поглощает и времени, и сил. Но не обкрадывает, нет! Жизнь учителя – это не мифическая шагреневая кожа, которая сжимается с каждым выполненным желанием человека и приближает его к смерти. Наоборот, она, эта простая и великая учительская жизнь, с каждым днем ширится, уходит в бессмертие».
В 1951 году Л. Б. Чадамба, которого сменил на посту заведующего ОБЛОНО Н. Сердобов, так как тому было доверено возглавить первый научно-исследовательский институт, получил новое назначение, освободив должность директора ТНИИЯЛИ. И Н. А. Сердобова опять переводят на место Леонида Борандаевича.
Возглавив Тувинский научно-исследовательский институт языка, литературы и истории, он проработал в нем до конца жизни. Начинал с переезда института в собственное здание, которое при нем построили по ул. Кочетова, 4. Николай Алексеевич сразу погружается в привычные для него хозяйственные проблемы, многого добиваясь в укреплении материальной базы, активно помогает научным сотрудникам, решает вопросы по улучшению жилищных условий членов коллектива. Одновременно и сам плодотворно занимается научной деятельностью.
Работая в Областном отделе народного образования, Н. А. Сердобов глубоко изучил проблемы и участвовал в разработке перспективного плана развития среднего образования Тувы. Что позволило ему подготовить на эту тему научную работу, и уже в 1952 году он защитил кандидатскую диссертацию «Народное образование в Туве в период с 1924 по 1945 г.». Эту тему он предполагал продолжить. Но в дальнейшем его исследовательский интерес переключился на другие направления.
Наука в Туве только делала первые шаги. В истории республики, как, впрочем, и во всем тувиноведении, было множество «белых пятен». Ставшая открытой для всей страны после вступления в СССР, молодая республика привлекала перспективностью, попасть в нее стремилось множество интересных людей. Начинается ее интеграция в экономику страны, что требовало новых научных изысканий. Производились археологические раскопки, изыскательские работы по разведке недр, активно стартовал этнографический поиск, велась большая работа по тувинскому языкознанию и т. д.


Одним из таких увлеченных Тувой людей был А. А. Пальмбах, преподававший тувинским студентам в Коммунистическом университете трудящихся Востока русский язык и литературу. Его интерес к тувинскому языку был настолько велик, что Пальмбах поехал в Туву для его изучения.
В совершенстве освоив его, он стал одним из создателей проекта тувинской национальной письменности на основе латинской графики. Как ученый-тюрколог, Александр Адольфович много лет проработал в стенах ТНИИЯЛИ, редактировал и был одним из составителей русско-тувинского и тувинско-русского словарей, изданных в 1953 и 1955 годах.
Кроме А. Пальмбаха, директору ТНИИЯЛИ Сердобову удалось привлечь к сотрудничеству с молодым научным учреждением Тувы других маститых ученых из крупных научных центров страны и Сибири − Л. П. Потапова, В. И. Дулова, Ф. Г. Исхакова, И. А. Батманова…
Немаловажное значение Сердобова сыграло сотрудничество с ленинградским археологом А. Д. Грачом. Он приехал в Туву в составе тувинского отряда Саяно-Алтайской экспедиции, которая год от году открывала все новые многочисленные памятники древности. Став начальником Саяно-Тувинской археологической экспедиции, он возглавил работы по изучению памятников в зоне затопления будущего водохранилища Саяно-Шушенской ГЭС.
Работая в тесном сотрудничестве с этим и с другими учеными, Н. Сердобов увлекается новой темой своего исследования, по основным направлениям которого опубликовал затем более 20 работ в «Ученых записках» ТНИИЯЛИ и в научных журналах Академии наук СССР. В конце шестидесятых годов, систематизировав собранный этнографический, социологический, лингвистический, культурологический, обществоведческий материал, он приступил к написанию книги. Пиком его научно-исторической деятельности стал 1971 год, когда увидел свет его фундаментальный труд «История формирования тувинской нации», освещающий историю Тувы с древнейших времен до 60-х годов ХХ века. Ученым советом института она была рекомендована к защите в качестве докторской диссертации. Свои положительные отзывы на монографию дали известные ученые П. А. Окладников и Л. П. Потапов. По этой теме в 1973 году во Владивостоке им была успешно защищена докторская диссертация.
Несмотря на то, что со времени создания этого фундаментального труда прошло почти полвека, работа Н. А. Сердобова остается в активе глубоких исследований по истории Тувы, без нее невозможно представить историографию республики.
Н. А. Сердобов известен в истории научного развития республики еще и тем, что первым заявил о самостоятельных шагах тувинских исследователей, вступив в дискуссию на уровне страны, оппонируя профессору МГУ Л. Р. Кызласову, автору труда «История Тувы в средние века». В № 4 за 1971 год академического журнала «Советская этнография» он опубликовал статью «О некоторых вопросах этнической истории народов Южной Сибири», где, отдавая должное исследованию известного ученого, не согласился с его «некоторыми выводами».
Следует отметить, что при непосредственном участии таких первопроходцев, как Леонид Борандаевич Чадамба, Александр Адольфович Пальмбах, Хамид Мухамедзянович Сейфулин, Николай Алексеевич Сердобов, Юрий Лудужапович Аранчын закладывалась материально-техническая база ТНИИЯЛИ и формировался профессиональный научный коллектив.
Будучи директором научного учреждения, занимая позже другие посты в ТНИИЯЛИ, Николай Алексеевич много сил и времени уделял повышению квалификации молодых ученых. Трудно сказать, где больше он проводил времени – дома или в институте, который поистине был для него вторым домом. Сердобов учил писать статьи и монографии, редактировать научные труды, вычитывать корректуру. Не жалея времени и сил он внимательно читал все издания, что выходили в свет из стен института. Бывало, что объем его скрупулезных замечаний начинающему автору превышал объем самой работы! Он всегда заботился о научном росте ученых, хлопотал об аспирантурах, стажировках, а также о бытовом обустройстве молодых исследователей – квартирах для них, детских садиках для их детей и т. д. Многие младшие коллеги отмечали: он обладал даром мудрого наставничества, отличался доброжелательностью, всегда поддерживал инициативу к созданию научного труда с последующей защитой, подчеркивая: ученая степень необходима каждому сотруднику как главный качественный показатель исследовательского мышления. И многие помнят его главный совет: «обращать внимание на фактор времени, ибо необходимо ценить и заполнять исследовательским трудом каждую минуту. Целеустремленность, в совокупности с учетом фактора времени − гарантия успешности в исследовательской работе».
Он радовался всем научным достижениям сотрудников, гордился коллегами и молодыми специалистами, верил в их научные перспективы по профессиональным специализациям. Он мечтал о многопрофильной научной организации с огромным исследовательским и интеллектуальным кругозором. И заложил для этого прочный фундамент. Сам при этом прошел личную эволюцию, о чем замечательно сказал его коллега Д. А. Монгуш: «Будучи по специальности математиком, он сумел переквалифицироваться в гуманитария, став сначала кандидатом педагогических наук, а потом – доктором исторических наук, создал фундаментальный труд «История формирования тувинской нации» и написал другие книги, стал известным в республике писателем. Все это, на мой взгляд, – подвиг».
В мае 2006 года ветераны народного образования, пришедшие в Институт гуманитарных исследований на торжественное заседание, посвященное девяностолетию со дня рождения Н. А. Сердобова, с удовольствием рассказывали о том, как он увлекал своей удивительной работоспособностью, не терпел безответственности и равнодушного отношения к делу. Все отмечали его строгий и проницательный взгляд.
Несмотря на слабое здоровье, подорванное на войне, этот человек отличался неутомимой энергией, силой духа, настойчивостью в достижении цели, самодисциплиной. Многие из тех, кому довелось работать рядом с ним (в том числе и автор этих строк), высоко ценили в нем эти качества, учились у него. Это была хорошая школа требовательности, ответственности, дисциплины, бескорыстной преданности делу.
Его авторитет играл значимую роль не только в родном коллективе, но и на уровне республики. Будучи убежденным коммунистом, активно участвуя в общественных делах, он был членом обкома КПСС с 1948 по 1971 г., членом горкома КПСС с 1973 по 1986 г. Много лет избиратели республики отдавали ему свои голоса, выдвигая депутатом областного Совета и Верховного Советов Тувинской АССР. 10 лет он работал заместителем Председателя Верховного Совета Тувинской АССР. Его связывали прочные деловые узы с Председателем Верховного Совета Тувинской АССР Бай-Карой Шожульбеевной Долчанмаа, которая оценила его так: «Николай Алексеевич Сердобов – фронтовик, историк, писатель. Многим я обязана ему в своей работе. Человек он был умный, требовательный, не терпел разгильдяйства, вырастил тувинских ученых».
За все эти годы к боевым наградам фронтовика прибавилась трудовая − орден Трудового Красного знамени.
«Летом 1959 года, − написала в воспоминаниях его дочь, − я и братья увидели в руках отца небольшую книгу в мягкой обложке серого цвета. В центре наискосок курсивом было написано «Добро и зло», а вверху печатным шрифтом: «Н. А. Сердобов». Мы узнали, что наш отец написал книгу. Когда мы ее прочитали, то что-то нам понравилось, что-то не очень. В книгу вошли очерки, литературная запись воспоминаний старого участника революционных событий в Туве, рассказ «Добро и зло», давший название книге, и повесть «Дело донжуана». Как человек с широким диапазоном чувствования, отец не мог держать в себе накопленные впечатления, активное воображение требовало выхода в повествование».
А впечатлений за все годы накоплено немало.
Опыт фронтового офицера-разведчика Николай Сердобов достоверно и занимательно отразил в художественных произведениях «Цена жизни» (1964 год), «Войною опаленные» (1981 год), «Продолжение не последует» и других. В журнале «Улуг-Хем» печатались такие произведения Н. А. Сердобова, как «На сопках», «Дороги и тропы», «Простая история», «Сердцу не прикажешь».
Книги вызвали в Туве большой интерес, получили общественный резонанс, по ним в городских и районных библиотеках проходили читательские конференции. Поощрял занятия литературным творчеством Н. А. Сердобова, что можно видеть из их переписки, Александр Адольфович Пальмбах, сам увлекавшийся литературным творчеством и вошедший в историю молодой тувинской литературы как один из ее основоположников.
Критики и литературоведы обратили внимание на то, что многие писатели, пишущие о войне, не сразу взялись за перо, видимо, на некоторое время человеку нужно было отрешиться от военной действительности, отойти от ее тяжелых картин и воспоминаний о бесчисленных жертвах. С другой стороны, огромный, не по возрасту, жизненный опыт, пережитые победы и поражения у сравнительно молодых людей, пришедших с войны, каким был и Н. А. Сердобов, требовали выхода наружу, из глубины души и памяти.
Роман «Войной опаленные» вышел в свет в 1981 году. Словами его главного героя − полковника Дремова − автор выражает главный итог личного переосмысления войны: за каждую пядь своей земли надо платить предельно малой кровью, ибо «беречь жизнь солдат надо, это не дрова для печки».
По природе своей человек скромный и сдержанный, Н. А. Сердобов никогда не выпячивал своих боевых и трудовых заслуг, не любил выступать с личными воспоминаниями о войне, о пережитом, праздновать свои юбилеи. Люди, проработавшие с ним десятки лет, очень немного знали о его личной жизни, ее Николай Алексеевич ни с кем не обсуждал.
С 1967 по 1972 г., уйдя с должности директора, он продолжал работать ученым секретарем института, затем – заместителем директора по науке, в последние годы жизни был на должности научного консультанта. Накануне своего 70-летия он обратился в администрацию института с заявлением, содержащим просьбу не устраивать по поводу этого события никаких чествований. И совсем немного не дожил до своей юбилейной даты – скоропостижно умер в апреле 1986 года. Всем, кто работал вместе с Николаем Алексеевичем долгие годы, трудно было представить институт без него.
Но именно такие, как он, и заложили основы науки в Туве.

Маргарита Татаринцева

Яндекс.Метрика